Запрет на российские металлы разбалансировал мировые рынки

С 13 апреля США и Великобритания запретили потребление произведенных в России алюминия, меди и никеля.

Хотя металл, уже поступивший на Лондонскую биржу металлов (LME) и Чикагскую товарную биржу (CME), по-прежнему доступен для потребления, металл, поставленный после этой даты, обороту не подлежит. Это правило действует независимо от того, приобретают ли покупатели металл напрямую или физически доставляют его на биржу для заключения контракта.

Россия производит около 6% мирового производства никеля, 5 % алюминия и 4 % меди. Тем не менее, наибольшее влияние запрет сказывается на никеле.

Это связано с тем, что Россия является вторым по величине в мире производителем обработанного никеля 1-го класса после Китая, а никель 1-го класса в настоящее время является единственным видом, поставляемым на LME. Российский алюминий также доминирует на складах LME, составляя около 90 % доступного металла.

Потребители обеспокоены тем, что будет дальше с рынком металлов. Может ли запрет на российские металлы разделить рынки LME, на который приходится в среднем около половины запасов и CME, у которого почти ничего нет в запасниках.

Пока никаких видимых изменений нет, но внутреннее бурление происходит.

Интересно то, что за последние шесть месяцев с LME были массово скуплены алюминиевые марки нероссийского происхождения.

Спекулянты искали и вывозили с рынка индийский металл, который составлял около 50% запасов. После запрета на российский металл те же трейдеры стали скупать российские варранты, выводили их с рынка, а затем возвращали обратно.

Такая тактика сделал недоступным металл из России для западных потребителей. Металл остается на складах спекулянтов до тех пор, пока не будет найден способ экономически выгодно доставить его на рынки, которые не участвуют в запрете, такие как Китай или Индия.

Спекулянтам глубоко всё равно проблемы потребителей металла. Они ищут способы заработать на разбалансировке мирового рынка и ... находят.

В Европе высокие цены. В США они примерно в три раза выше, чем в Японии, главном японском хабе в Азии. Это отражает общую напряженность регионов по отношению друг к другу.

Хотя Япония не импортирует российский алюминий, потребление его соседями по-прежнему снижает региональные цены. Например, Китай почти наверняка покупает большие объемы российского алюминия, который он потребляет, с резким дисконтом к LME, подобно тому, как регион покупает российскую нефть с резким дисконтом к мировым ценам на нефть.

В настоящее время на российский металл, вероятно, будет действовать скидка от цены LME/CME для физических сделок. Однако и принимать российский металл будут только те страны, которые не признают запрет США и Великобритании.

Аналитики призывают смотреть правде в глаза и принимать как должное, что желающих обойти или не соблюдать запреты, становится всё больше.

Пострадают только те, кто опасается попасть под раздачу со стороны США и Британии.

Best of the

13 мая 2024 Что означает назначение Белоусова А.Р. министром обороны РФ

Similar publications

Что означает запрет на покупку золота из России? Ровным счётом ничего!

0 comments

All published materials belong to their respective owners. When posting materials from the site on the network, an active link to the site secretra.com is required

Как запрет повлияет на цены и премии

Введение санкций на российские металлы уже привело к заметному росту волатильности на биржах. В первые дни после объявления запрета котировки никеля на LME подскочили более чем на 8%, алюминий прибавил около 4%, а медь — около 2%. Однако затем последовала коррекция, поскольку участники рынка начали оценивать реальные масштабы ограничений. Важно понимать, что запрет касается только нового металла, произведённого после 13 апреля, а ранее накопленные запасы на складах LME и CME остаются доступными для торговли. Тем не менее, сам факт разделения рынка на «санкционный» и «несанкционный» металл создаёт предпосылки для формирования устойчивой ценовой премии на металл нероссийского происхождения. Потребители в США и Европе, опасающиеся вторичных санкций или репутационных рисков, готовы платить больше за гарантированно «чистый» металл.

По оценкам аналитиков, премия за алюминий нероссийского происхождения на физическом рынке может составить от 50 до 150 долларов за тонну в зависимости от региона и срочности поставки. Для никеля премия может быть ещё выше из-за ограниченного предложения металла 1-го класса вне России и Китая. В то же время российский металл, который продолжит поступать в Китай, Индию и другие страны, не присоединившиеся к санкциям, будет продаваться с дисконтом к биржевым котировкам. Разница между ценами на LME и ценами в Азии может достигать 10–15%, что создаёт арбитражные возможности для трейдеров, готовых работать с российским металлом.

Стоит отметить, что запрет не ограничивает торговлю российским металлом вне бирж. Физические сделки по-прежнему возможны, если покупатель и продавец не подпадают под юрисдикцию США или Великобритании. Это означает, что значительная часть российского экспорта будет перенаправлена в Азию, где спрос на металлы продолжает расти благодаря промышленному производству и инфраструктурным проектам. Однако логистические издержки и ограниченность платёжных каналов могут снизить эффективность таких поставок, что в итоге отразится на конечных ценах для азиатских потребителей.

Реакция производителей и потребителей

Крупнейшие российские производители металлов — «Норильский никель», «Русал» и «Уральская горно-металлургическая компания» — уже заявили о переориентации экспортных потоков. «Норильский никель», на долю которого приходится около 15% мирового производства никеля 1-го класса, сообщил о планах увеличить поставки в Китай и другие азиатские страны. Компания также рассматривает возможность создания собственных складских мощностей в Азии для хранения и дистрибуции металла, чтобы снизить зависимость от LME. «Русал», крупнейший в мире производитель алюминия за пределами Китая, уже несколько лет развивает продажи в Азию, и санкции лишь ускорят этот процесс. Однако эксперты предупреждают, что полная переориентация займёт время и потребует значительных инвестиций в логистику и маркетинг.

Западные потребители, особенно в автомобильной, аэрокосмической и строительной отраслях, оказались в сложной ситуации. Многие из них имеют долгосрочные контракты на поставку российского металла, заключённые до введения санкций. Теперь им придётся искать альтернативных поставщиков, что может привести к дефициту на локальных рынках и росту издержек. Некоторые компании уже начали переговоры с производителями из Индии, стран Персидского залива и Южной Америки, но эти источники не смогут быстро заместить российские объёмы. В результате можно ожидать удлинения сроков поставок и увеличения складских запасов у потребителей, что дополнительно подстегнёт цены.

Особую озабоченность вызывает ситуация с никелем, который используется в производстве нержавеющей стали и аккумуляторов для электромобилей. Европейские автопроизводители, стремящиеся нарастить выпуск электрокаров, могут столкнуться с нехваткой высококачественного никеля и ростом его стоимости. Это, в свою очередь, замедлит переход на экологически чистый транспорт и увеличит себестоимость автомобилей. Аналогичные проблемы могут возникнуть в аэрокосмической отрасли, где алюминий и титан российского происхождения широко использовались в производстве самолётов и компонентов.

Логистические и финансовые сложности

Помимо чисто рыночных последствий, запрет на российские металлы создаёт серьёзные логистические и финансовые барьеры. Транспортировка металлов из России в Азию традиционно осуществлялась через европейские порты и железнодорожные маршруты, которые теперь могут быть закрыты для российских грузов. Альтернативные пути — через Дальний Восток, Северный морской путь или сухопутные коридоры через Казахстан и Монголию — требуют дополнительных инвестиций и времени на расширение пропускной способности. Кроме того, многие страховые компании и судоходные линии, опасаясь вторичных санкций, отказываются работать с российскими грузами, что увеличивает стоимость фрахта и страховки.

Финансовые расчёты за российский металл также усложняются. Большинство международных банков прекратили обслуживание сделок с российскими контрагентами, а использование доллара и евро становится всё более рискованным. В результате стороны вынуждены переходить на расчёты в национальных валютах — рублях, юанях, рупиях, дирхамах, — что сопряжено с валютными рисками и необходимостью хеджирования. Некоторые трейдеры используют бартерные схемы или посредников в третьих странах, что увеличивает транзакционные издержки и снижает прозрачность операций. Всё это ведёт к удорожанию конечной продукции и снижению конкурентоспособности российского экспорта.

Для обхода ограничений некоторые компании рассматривают возможность переработки российского металла в третьих странах с последующей маркировкой как продукции местного происхождения. Однако такие схемы сопряжены с юридическими рисками и могут привести к вторичным санкциям против участников. Поэтому большинство крупных потребителей предпочитают полностью отказаться от российского металла, несмотря на более высокие цены. Это создаёт дополнительный спрос на металл из других источников и усиливает конкуренцию за ограниченные ресурсы.

Долгосрочные последствия для рынка

В долгосрочной перспективе запрет на российские металлы может привести к фундаментальной перестройке мировых товарных рынков. Во-первых, произойдёт дальнейшее разделение на «западный» и «восточный» рынки с разными ценовыми ориентирами и стандартами. LME и CME, вероятно, станут преимущественно площадками для торговли металлом нероссийского происхождения, тогда как в Азии могут возникнуть новые биржевые или внебиржевые механизмы ценообразования для российского металла. Уже сейчас обсуждается создание альтернативных складов и торговых платформ в Китае, ОАЭ и других странах, не поддерживающих санкции.

Во-вторых, инвестиции в разведку и добычу металлов за пределами России могут получить дополнительный импульс. Страны, обладающие запасами никеля, алюминия и меди, — Индонезия, Филиппины, Австралия, Чили, Перу, Канада — могут увеличить производство, чтобы заполнить образовавшийся пробел. Однако разработка новых месторождений требует значительных капиталовложений и длительного времени, поэтому в ближайшие 3–5 лет дефицит предложения на западных рынках сохранится. Это будет поддерживать высокие цены и стимулировать переработку вторичного сырья.

В-третьих, санкции могут ускорить технологические изменения в промышленности. Потребители будут искать заменители российских металлов, развивать переработку лома и внедрять более эффективные технологии использования материалов. Например, в производстве аккумуляторов уже наблюдается тенденция к снижению содержания никеля в пользу литий-железо-фосфатных батарей, которые дешевле и не зависят от российского сырья. Аналогичные процессы могут затронуть алюминиевую и медную промышленность, где возможен переход на композитные материалы и алюминий вторичной переработки.

Таким образом, запрет на российские металлы стал катализатором глубоких изменений, последствия которых будут ощущаться ещё долгие годы. Рынок адаптируется, но цена адаптации окажется высокой для всех участников — от производителей до конечных потребителей. В выигрыше останутся лишь те, кто сумеет быстро перестроиться и найти новые ниши в изменившейся реальности.

Сравнение с предыдущими санкциями

Нынешний запрет на российские металлы — не первый случай, когда Запад вводит ограничения на сырьевые товары из России. В 2018 году США ввели пошлины на импорт алюминия и стали из ряда стран, включая Россию, что привело к временному снижению поставок, но не вызвало столь масштабных последствий, как нынешние меры. Тогда российские производители смогли перенаправить экспорт в другие регионы, а цены на мировом рынке быстро стабилизировались. Однако текущая ситуация отличается большей жёсткостью: запрет касается не только пошлин, но и полного исключения российского металла из биржевой торговли на LME и CME, что создаёт непреодолимый барьер для многих потребителей.

Ещё одним важным отличием является скоординированный характер санкций. В 2018 году ограничения вводились в основном США, тогда как Европа сохраняла импорт российского алюминия. Теперь же Великобритания присоединилась к запрету, а Европейский союз рассматривает аналогичные меры. Это существенно сужает возможности для обхода санкций и увеличивает давление на российских экспортёров. Кроме того, в отличие от 2018 года, сейчас мировая экономика находится в состоянии повышенной неопределённости из-за геополитической напряжённости, что усиливает волатильность на товарных рынках.

Опыт предыдущих санкций показывает, что российские производители обладают высокой адаптивностью и способны находить новые рынки сбыта. Однако каждый новый виток ограничений усложняет логистику и финансовые расчёты, снижая рентабельность экспорта. В результате российская металлургия может потерять часть своей доли на мировом рынке, но вряд ли будет полностью вытеснена. Скорее всего, произойдёт перераспределение потоков в пользу азиатских потребителей, которые готовы покупать российский металл с дисконтом.